Процентные ставки в банках Евросоюза выше – бюджет Германии и жизнь в Европе хуже

© РИА Новости

Тема: Мир после СВО

Эпоха дешевых кредитов в Старом свете заканчивается, и непонятно, смогут ли даже крупнейшие экономики ЕС, вроде Германии, как-то это исправить. Впрочем, способ есть, но он временный и после окончания недолгого эффекта все станет еще хуже.

Германия – крупнейшая экономика Евросоюза – начинает серьезно сдавать. Ее проблемы со снижением промышленного производства, дикими расходами в энергетической отрасли и другими "радостями" неутихающего кризиса, делают с бюджетом страны крайне пугающие вещи.

Настолько, что в проекте бюджета Германии на следующий год обнаружились столь существенные прорехи (в 2024 году дефицит составит €14–18 млрд при доходах €424 млрд), что министр финансов Кристиан Линднер призвал правительство ФРГ готовиться к сокращению расходов.

Есть один важный момент, который обозначил министр. По его мнению, сегодняшняя проблема с дефицитом бюджета Германии не имеет отношения к кризисам последних лет. Проблема в том, что правительство под руководством партий ХДС/ХСС регулярно принимало новые социальные льготы и субсидии, которые не финансировались устойчиво. Пока были низкие процентные ставки в банках, это не было большой проблемой. Теперь же, когда Европейский Центробанк (ЕЦБ) ставку повышает, а дешевых кредитов нет, проблема становится по-настоящему серьезной.

Где "Ахиллесова пята" немецкой и европейской экономики?

Министр финансов Кристиан Линднер, говоря о проблеме отсутствия дешевых кредитов в ЕС, одновременно и прав, и пытается найти виновных, лишь бы отвести взор от некомпетентности нынешнего правительства ФРГ.

Какие бы ошибки не делало правительство Германии до прихода к власти "зеленых", нынешние политики наломали дров еще больше. Саботирование "Северного потока–2" (кто не помнит, Берлин еще задолго до подрыва газопровода мешал запуску магистрали, не отдавая турбины после ремонта) и нежелание использовать "Северный поток–1" на полную мощность объективно сделали производство промышленных предприятий в стране дороже.

За отказ от поставок угля из России (с августа 2022-го) экономика ФРГ тоже спасибо не сказала. Напомним, за 2022 год Германия импортировала из России 13 млн тонн угля, что на 37% меньше 2021 года (всего Берлин закупил у других стран 44 млн тонн). Про последствия отказа от поставок нефти и нефтепродуктов из РФ, пожалуй, даже начинать не стоит. Чтобы раскрыть тему, понадобится много цифр и времени, поэтому кратко скажем, что топливный рынок, а точнее простые потребители, и нефтехимия Германии понесли убытки.

Тот же нефтехимический гигант BASF уже открыто говорит, что не будет инвестировать в свои заводы на территории ЕС, включая Германию, а вот в расположенные в США объекты – будет. Volkswagen Group и ее дочка PowerCo создадут зарубежную гигафабрику в Сент-Томасе, на юго-западе Онтарио (Канада). Начало производства запланировано на 2027 год. В Евросоюзе Volkswagen завод по производству аккумуляторов строить уже не хочет. Немецкие компании попросту пугаются затрат на энергоносители в Старом свете, поэтому предпочитают развивать бизнес в других странах.

Энергокризис в Европе и уж тем более в Германии – дело рукотворное. Добывать газ и нефть в мире не стало труднее в сто раз. Его стоимость поднялась из-за решений, которые принимали политики в Старом свете. Рост цен на углеводороды в ЕС начался задолго до подрыва российских магистралей и даже до начала СВО на Украине. Все это результат работы Третьего энергопакета ЕС, санкций против РФ и отказа европейских банков (в соответствии с "зеленой сделкой") финансировать проекты, связанные с полезными ископаемыми (ради инвестирования в "зеленую" энергетику).

Итог – у Германии проблемы в энергетике. Наблюдается снижение производства в тяжелой промышленности. По данным немецкой автомобильной ассоциации (VDA), мировой рынок легковых автомобилей вырастет на 4% в этом году, до 74 млн. НО! В Германии будет произведено на целых 20% меньше машин, чем до COVID-19, – 10,3 млн (в 2019-м было 11,4 млн). Падает покупательская способность населения. Еще бы в таких условиях не было дефицита бюджета…

Так что отсутствие дешевых кредитов – это, безусловно, серьезная проблема, о которой мы скажем чуть позже, но при этом министр финансов Кристиан Линднер еще и откровенно "отмазывает" нынешнее правительство в Германии, которое наделало кучу ошибок. Проблема в том, что решать их никто не собирается, а вот последствия от того же переноса производства (или его снижения) будут в Германии только копиться.

Без дешевых кредитов и жизнь немила

Надо признать, проблему исчезновения низких процентных ставок Кристиан Линднер обозначил верно. По его словам, из-за роста дефицита бюджета в 2024-м каждая трата теперь будет обсуждаться "с точки зрения ее обоснованности и суммы", а некоторые удобные для политиков привычки придется подвергнуть пересмотру.

Какие привычки? Безоговорочная поддержка "зеленой" энергетики, миграционная политика, попытка перестроить экономику на более активную торговлю с США вместо РФ? Пока непонятно. В издании Der Tagesspiegel лишь туманно говорят, что из-за значительных пробелов в следующем федеральном бюджете министр финансов настраивает "светофорную коалицию" в правительстве на сокращение расходов и принятие неудобных решений.

"Борьба с коронавирусом и другие факторы привели к тому, что госдолг Германии вырос до €2,37 трлн – это рекордная для страны величина. Стоит учитывать и энергетический кризис, поскольку ФРГ в значительной степени зависит от поставок углеводородов из России. А кроме того, господин Линднер говорил о том, что процентные выплаты по кредитам из госбюджета выросли почти до €40 млрд", – заметил в беседе с Baltnews руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев.

"Разрешить эту ситуацию будет нелегко. А поскольку Кристиан Линднер не хочет увеличения налогов, то правительству Германии, видимо, действительно придется принять "ряд непопулярных мер". В прошлом году сам господин Линдер говорил о необходимости увеличить расходы на Бундесвер – вероятно, сейчас речь может идти о том, чтобы пересмотреть свои траты на оборонку. Вероятно также, что Германии придется свернуть некоторые свои внешнеполитические проекты, чтобы направить средства на стабилизацию обстановки внутри страны", – добавил он.

В целом у Берлина другого пути нет. В июле 2022 года ЕЦБ поднял процентную ставку впервые за 11 лет. Причина – рост годовой инфляции, которая в июне 2022-го в еврозоне достигла максимальных за всю историю 8,6%. В середине марте 2023 года ЕЦБ (уже в третий раз!) повысил процентную ставку – по основным операциям рефинансирования ЕЦБ она вырастет до 3,50%, ставка по депозитам – до 3,0%, а маржинальная ставка кредитования – до 3,75%.

Для бизнеса это значит, что банки будут выдавать кредиты на более жестких условиях, обслуживать долги будет дороже. Нравится Берлину или нет, в таких условиях экономить придется. Вбрасывать каждый год по €450 млрд на борьбу с энергокризисом, как это было в 2022 году. Уже не выйдет. Впрочем, как и у всего Евросоюза.

Выход есть, но временный

В беседе с Baltnews коммерческий директор в НИИ Развития Народного Образования, руководитель проекта в РФ "Фабрика лидеров мнений" Эмиль Ахундов объяснил, что проблема ухода эпохи дешевых кредитов в Евросоюзе является серьезной и влияет не только на Германию, но и на другие страны ЕС.

"ЕЦБ уже давно предупреждал о необходимости постепенного повышения процентных ставок, чтобы избежать риска инфляции. Однако многие страны ЕС, включая Германию, все равно активно использовали низкие процентные ставки для финансирования различных проектов и увеличения долга. Теперь же, когда процентные ставки начинают повышаться, странам ЕС придется платить больше за кредиты, что может привести к сокращению расходов и более жесткому бюджетному контролю", – отметил Ахундов.

По мнению Эмиля Ахундова, чтобы преодолеть эту проблему, ЕС придется провести реформы в финансовом секторе – нужно снизить риски для инвесторов и повысить уровень стабильности европейского банковского сектора. Для этого ЕС может использовать такие инструменты, как поддержка инвестиций в исследования и разработки, повышение квалификации трудовых ресурсов и усовершенствование налоговой системы.

"Кроме того, ЕС может продолжать работу над финансовой интеграцией, чтобы упростить доступ к кредитам и усилить устойчивость банковской системы. Тем не менее, в краткосрочной перспективе это неизбежно приведет к более жесткому бюджетному контролю и возможным сокращениям расходов. Европейские страны должны принять ответственность за свои финансы, а для того, чтобы укрепить свою экономическую устойчивость, придется что-то делать с сокращением долга", – считает Эмиль Ахундов.

Другой эксперт – директор по маркетингу и прямым продажам ICL Services, кандидат экономических наук Лилия Алеева – считает, что для преодоления такой проблемы ФРГ, как и всему ЕС, нужно увеличивать госрасходы для стимулирования экономики за счет инвестиций в инфраструктуру. Цель простая – создать рабочие места и стимулировать экономическую активность, что могло бы помочь компенсировать влияние повышения процентных ставок.

"Проблема в том, что страны ЕС такие возможности сегодня уже исчерпали. Единственный теперь путь – включить печатный станок, вбрасывая в экономику в краткосрочной перспективе денежную массу. Увы, но это неизбежно приведет к последующей инфляции. Впрочем, мы все чаще видим, что руководство ЕС предпочитает краткосрочные шаги долгосрочным стратегиям", – заключила Лилия Алеева.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.