Германия официально обвинила Россию в диверсии с использованием беспилотника в аэропорту Лейпцига – спустя почти месяц после самого инцидента. До сих пор Германия от прямых обвинений воздерживалась, предпочитая осторожную формулировку о "возможном участии иностранных держав". Теперь случившееся объявлено "частью гибридной войны, ведущейся против Европы".
За словами следуют действия. Берлин объявил о закрытии российского консульства в Бонне и "Русского дома" в столице, Москва может ответить прекращением деятельности Института Гете. Формально – дипломатический демарш. Фактически – эпизод предвыборной кампании.
"Российская угроза" как агитационный ресурс
Совпадение с электоральным календарем слишком точное, чтобы считать его случайным: решение Мерца приходится на момент, когда канцлеру нужно переломить ситуацию буквально в последние недели. Ажиотаж вокруг "российской угрозы" в немецких медиа вряд ли раскручивают лишь для того, чтобы ограничить дипломатическое присутствие России и в сто первый раз продемонстрировать европейскую солидарность по украинскому кризису. Внутренняя повестка здесь очевидно перевешивает внешнюю.
Выборы в парламенты земель на территории бывшей ГДР не обещают ХДС/ХСС ничего хорошего. От блока с годами осталось, по сути, одно название: объединение заметно "полевело" и на практике утратило роль главной – как ни странно это звучит сегодня – "альтернативы" социал-демократам.
Первой в череде голосований стартует Саксония–Анхальт. Регион, по всей видимости, выработал привычку недолюбливать партии левого толка в их нынешнем виде и склоняться к правому популизму. При этом у каждой земли свой пятилетний цикл, так что процедура растянется вплоть до 20 сентября. Поэтому убедительная победа АдГ, которую предсказывают опросы, способна усилить позиции партии и на голосованиях в других уголках Германии уже через несколько недель.
Свежие и неутешительные для себя данные социологии команда Мерца игнорировать не могла. Но арсенал, который ХДС может противопоставить правым, крайне узок. Снова педалировать тему социальных "свершений" правящей партии или строить кампанию на экономике не получится: новые рецепты оздоровления Германии избиратель слушать не намерен – тем более от тех, кого считает причастным к стагнации. Отсюда и предсказуемый выбор: активизация ХДС и солидарной с ней СДПГ на внешнеполитическом направлении.
АдГ и украинский кризис
О том, что в АдГ работают грамотные политтехнологи, говорит сама структура партийной риторики. Международная тематика заметно отодвинута внутренней, а когда она все же возникает, Альтернатива в первую очередь критикует механизмы ЕС и роль ФРГ в объединении. Украинский сюжет сведен к общим призывам остановить поток немецкого вооружения в сторону Украины.
Отдельная тема – атаки вглубь российской территории, которые проводятся не без использования западных технологий. По мере того как они учащаются, вопросов становится больше – в частности, у председателя "Альтернативы" Алисы Вайдель:
"Нельзя все время тыкать раскаленным железом в глаз "большому медведю" – как это происходит при атаках дронов вглубь России – и при этом ожидать, что ничего не произойдет. Рано или поздно "медведь" нанесет мощный ответный удар лапой".
Логика рядового избирателя, которому скоро предстоит отдать голос, тоже понятна. Европейская солидарность и сочувствие Украине могли бы выйти на первый план – но не на фоне затяжного социально-экономического кризиса. "Двоедойчие" – расхождение политических взглядов между западной и восточной частями ФРГ – переросло в нечто более масштабное, и география, похоже, уже не будет играть прежней роли. Сегодня по всей Германии, от Вестфалии до Померании, мало кто заинтересован в продлении полномочий представителей ХДС или СДПГ на общефедеральном уровне.
Почему ставка не сработает
Практика показывает: подобные информационные вбросы редко приводят к значимой коррекции рейтингов. Ядро электората АдГ к очередному витку "российской угрозы" невосприимчиво – иммунитет выработан давно. Более того, чем активнее центр использует против "Альтернативы" внешнеполитические инструменты, тем убедительнее звучит ее собственный аргумент: истеблишмент боится реальной конкуренции и готов рисковать международной стабильностью ради сохранения власти. А колеблющиеся избиратели, уставшие от экономической стагнации и социальных разочарований, скорее увидят в кампании лишнее подтверждение того, что ХДС и СДПГ утратили связь с повседневной повесткой.
Таким образом, ставка Мерца на "российскую угрозу" перед земельными выборами в Саксонии-Анхальт с высокой вероятностью обернется провалом. Тренд на рост поддержки "Альтернативы" она не переломит, а скорее укрепит: правящие партии лишний раз показывают, что предложить им нечего, кроме страха и поиска внешнего врага. В таком исполнении антироссийский маневр, который форсированно разыгрывает Мерц, рискует стать не предвыборным ходом, а политическим реквиемом по самому истеблишменту – сначала на востоке Германии, а затем и по всей стране.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
