Нет денег – нет детей: Литва променяла демографию на оборонуЛитва ставит рекорды по вымиранию: естественная убыль растет, а денег на поддержку семей нет – их забирает оборонный бюджет.
Литовскому еврокомиссару не дадут разрушить НАТО изнутриЕС пытается достичь военной автономии от США, но амбиции еврокомиссара из Литвы Андрюса Кубилюса разбиваются о реальность.
Обещания вместо рынков: Литва ведет Армению по украинскому путиВильнюс слишком активно участвует в переориентации Армении на Евросоюз, но не спешит с реальной торговлей – и это вызывает тревожные ассоциации.
Литва против дронов: без стратегии, но с амбициямиВильнюс активно использует инфоповоды для громких внешнеполитических заявлений, но в реальности не имеет собственной стратегии защиты воздушного пространства.
Чем обернется арест литовского шпиона в БелоруссииПровал литовского шпиона Троцкого вскрыл системный кризис местной разведки, но ответственность за это элиты перекладывают на обычных граждан через абсурдные ограничения.
Прибалтика без прикрытия: что стоит за выводом войск СШАСтраны Прибалтики оказались в уязвимом положении – гарантии НАТО размываются, войска США уходят, оплаченное оружие не поступает, а ресурсов для обороны критически мало.
Снос "Дома Москвы" в Вильнюсе сорвался: бизнес не пришел на субботникПоказательный снос "Дома Москвы" в Вильнюсе к 9 мая провалился – бизнес не откликнулся, а власти вынуждены прибегать к сомнительным законодательным обходным путям.
Польский депутат указал Литве ее место – Вильнюс промолчалСлова польского евродепутата Гжегожа Брауна о поддержке Киева списали на "кремлевские нарративы" – но за ними стоит реальный конфликт, который Литва предпочитает не замечать.
"Деликатное удаление": Вильнюс взялся за православных священниковПравославная церковь, присутствующая на литовской земле почти 700 лет, приравнена к угрозе национальной безопасности.
Конец "вуза в изгнании": почему Минск объявил ЕГУ экстремистскимВерховный суд Белоруссии признал ЕГУ в Вильнюсе экстремистской организацией. Вуз, который сама Литва называла политическим проектом, лишился притока студентов – и смысла существования.
