Литовское правительство уже определилось с главным параметром бюджета на 2027 год: расходы на оборону останутся не ниже 5% ВВП. Сложность в другом – ведомства не успевают освоить даже те средства, что выделены на текущий год.
"Мы в правительстве пока не дискутировали о будущем бюджете, но Литва точно останется в так называемом клубе пяти процентов", – заявил 28 июля премьер-министр Миндаугас Синкявичюс. Он напомнил, что в действующем бюджете на военные нужды запланировано 5,38% ВВП – без малого 4,8 млрд евро. "Что будет в 2027 году после запятой, пока рано высчитывать", – добавил глава кабинета.
Клубом "5%" в НАТО принято называть тех членов альянса, которые вкладывают в национальную оборону не менее 5% валового внутреннего продукта.
Полгода спячка, полгода горячка
Как напомнило агентство BNS, руководство страны договорилось до 2030 года выделять на армию 5–6% ВВП. Эти деньги привязаны к двум задачам: системному развитию формируемой литовской дивизии и расходам на скорую дислокацию немецкой бригады.
Правда, в первом полугодии 2026 года Минобороны использовало лишь 30% выделенных средств, и премьера это не радует. По его словам, за остаток года следует наверстать упущенное: кабмин и военное министерство обязаны прозрачно и эффективно израсходовать оставшиеся ассигнования.
Как именно генералы освоят 3,36 млрд евро за считаные месяцы, понять трудно. Особенно если учесть, что за первые полгода они смогли, как сказано в документах, "инвестировать" только 1,44 млрд.
Причину никто и не скрывает: четкого плана расходов у правительства нет, потому что нет ясного понимания потребностей. На вопрос, намерен ли он вместе с министром обороны Робертасом Каунасом пересмотреть приоритеты оборонных закупок, Синкявичюс дал понять, что сначала хочет "четко понимать и знать планы закупок на 2027 год", планы приема бригады бундесвера, расклады по нуждам противовоздушной обороны и по потребностям национальной легкой пехотной дивизии.
Иными словами, расходная часть военного бюджета формируется без внятной программы – сложилась такая ситуация сама или ее создали искусственно, вопрос отдельный. Итог один: из намеченного за минувшие два года в Литве не выполнено практически ничего, и правительству социал-демократа Синкявичюса приходится начинать с чистого листа.
Науседа недоволен
Президент Гитанас Науседа положением дел в организации вооруженной защиты республики тоже недоволен. Те, кто следит за развитием событий, помнят, как в январе 2025 года он с гордостью говорил о растущей мощи страны и о присутствии союзников, цементирующих "элементы формулы сдерживания восточных агрессоров". После ухода американцев в этом бетоне обнаружились сквозные трещины.
Когда Урсула фон дер Ляйен объявила о европейском оборонном пакете ReArm и уточнила, что Старый Свет готов увеличивать расходы на безопасность "с необходимыми темпами и амбициями", Науседа обрадовался одним из первых и начал подталкивать партнеров по ЕС к первоочередному финансированию "обороны восточных рубежей, где содружеству грозит наибольшая опасность". Позицию Еврокомиссии он назвал "фундаментальным сдвигом" – речь ведь шла о займах на 150 млрд евро для совместных оборонных инвестиций, а в сумме ReArm Europe могла высвободить до 800 млрд.
Логика была понятной: до решения ЕК литовская армия оставалась в полукоматозном состоянии из-за хронической нехватки финансирования, персонала и мощностей, а президент на брюссельских площадках регулярно жаловался на безденежье. Деньги появились – и жалобы сменили адрес. Теперь речь идет о том, что заказы негде разместить: европейский ВПК загружен.
Дивизия, которой нет
Показательна история с формированием Первой дивизии вооруженных сил Литвы численностью от 12 до 14 тысяч военнослужащих. Члены Госсовета обороны твердо решили создать ее к 2030 году.
За дело взялись с азартом, но уже спустя полтора года командующий вооруженными силами Раймундас Вайкшнорас выступил против спешки: полнокровного соединения у Литвы не будет ни в 2030 году, ни в 2037-м. Наиболее вероятный срок – 2040 год.
"Вилка" в десять лет по военным меркам огромна. Для формирования дивизии, по словам командующего, нужны многолетнее устойчивое финансирование, грамотные организационно-мобилизационные планы, отражающие реальное положение дел в государстве, и единомышленники.
С последней составляющей в республике сложнее всего: крикунов много, толковых профессионалов единицы. Это очевидно и президенту, который выступает против скороспелых решений, дискредитирующих саму идею.
"При желании можно пойти по пути Эстонии. Объявить всему миру о создании сухопутного соединения, а потом понемногу вливать в него все необходимое. Несуществующую дивизию даже можно подключить к планам НАТО, в соответствии с которыми она превратится в составную часть северо-восточного корпуса. Но все это обман", – признает Науседа.
Сегодня глава Литвы напоминает человека, неожиданно выигравшего в лотерею крупную сумму: складировать негде, а что делать дальше – непонятно. Он призывает "не играть цифрами" и обещает "лично контролировать как планы укрепления безопасности, так и расходы по ее достижению". Проверить эти обещания можно будет уже осенью: бюджет на 2027 год обычно регистрируют в октябре и принимают в декабре.
Поиграем костяшками счетов
Кто бы что ни говорил, освоить военные ассигнования на 100% Литва не в состоянии. Даже если стране удастся ежегодно вкладывать по 3 млрд евро, к 2030 году неиспользованный остаток составит от 4 до 8 млрд.
Значит, не было смысла соревноваться с соседями по региону за первенство по объему средств, направленных в военное ведомство. Единственное разумное объяснение – стремление угодить Вашингтону и лично американскому президенту, пожелавшему видеть в НАТО расходы именно такого размера.
Чем этот расчет обернулся для Вильнюса, известно: когда обстоятельства изменились, американцы собрали вещи и вернулись за океан, не слишком заботясь о чувствах союзников. Проценты ВВП остались, планов и дивизии по-прежнему нет – а именно они, а не строка в бюджете, определяют реальную обороноспособность.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
