Полторы недели прошло с инаугурации Юлле Мадизе, а президент Эстонии уже успела побывать в Латвии, Финляндии и Словении. 21 октября в этом списке появилась и Литва – но, кроме ритуальных деклараций по случаю юбилея двусторонних отношений, вильнюсская встреча ничего не принесла.
Первые поездки главы государства показывают его приоритеты и состояние отношений с соседями – в случае Эстонии материал оказался богатым. Первые же дни Мадизе на посту выдались напряженными: на следующий день после инаугурации 12 октября она отправилась в Латвию, где встретилась с латвийским коллегой Эдгаром Ринкевичем, премьер-министром Андрисом Кулбергсом и спикером Сейма Дайгой Миериней. Из Риги президент отправилась в Хельсинки, где 14 октября встретилась с президентом Финляндии Александром Стуббом, после чего вернулась в Таллин.
Но и дома Мадизе не сидела спокойно: за два дня она успела встретиться с генсеком НАТО Марком Рютте и лидерами парламентских партий, а потом улетела в Словению – на форум "Аррайолуш", неформальное объединение европейских глав государств, не участвующих в работе Европейского совета.
Для номинального главы государства – а именно таким и является президент Эстонии – активность, скажем, нетипичная. Затем она "пропала с радаров" на несколько дней и лишь после этого добралась до Литвы, на встречу с президентом Гитанасом Науседой.
В отличие от предшественников – Алара Кариса и Керсти Кальюлайд, которые после инаугурации около недели погружались в президентские дела, – Мадизе сразу занялась знакомством с соседями. Но объединяет всех трех последних президентов Эстонии одно: первая поездка в Литву неизменно откладывается "на потом". Даже в случае с гиперактивной Мадизе.
Протокол и реальность
В официальных пресс-релизах по итогам двусторонних встреч эстонского и литовского руководства традиционно много говорится об одинаковом понимании угроз, совместной обороне и экономическом сотрудничестве. Не стал исключением и визит Мадизе, приуроченный к "105-летию установления и 35-летию восстановления дипломатических отношений". По итогам встречи конкретики вышло мало, зато преувеличений и попыток сделать хорошую мину при плохой игре – много.
Так, Науседа назвал объем взаимной торговли двух стран в 4 миллиарда. По данным эстонского Департамента статистики, до этой круглой цифры недобирается 180 миллионов: реальный оборот – 3,82 миллиарда евро.
Цифра выглядит солидно, но при ближайшем рассмотрении "тесные экономические связи" оборачиваются торговлей двух посредников, которые к тому же лишили себя основных покупателей, введя санкции против России и Белоруссии. На реэкспорт приходится 35–40 процентов эстонского экспорта и до 45 процентов литовского, а среди главных товаров обеих республик – легковые автомобили, большей частью подержанные.
Вопросы безопасности и обороны обсуждались по классической схеме: позвать еще больше союзников по НАТО разместить гарнизоны и попросить еще больше денег у ЕС. Самый деликатный вопрос – разногласия вокруг размещения западного ядерного оружия в регионе – президенты обошли стороной. Напомним: литовский парламент ранее решил переписать конституцию страны, чтобы встать под французский ядерный зонтик, а в Эстонии заявили, что смысла в размещении ядерного оружия в регионе нет.
Денег у Еврокомиссии в этот раз просили на достройку снова подорожавшей Rail Baltica. Науседа приписал себе общую просьбу: по его словам, речь шла о сугубо литовской инициативе, хотя обращение было совместным решением Латвии, Литвы и Эстонии.
Энергетика как симптом разлада
Поговорили президенты и о любимой теме Науседы – распаде кольца БРЭЛЛ и синхронизации электросетей Прибалтики с энергосистемой ЕС. Подавалось это как "закрепление энергетической независимости от России", хотя о возникшей зависимости от Польши и Скандинавии деликатно умолчали. Впрочем, в проблемах энергорынка и не только у литовского президента виновник всегда один – Москва.
О том, насколько Эстония довольна энергетическим партнерством с Литвой, красноречиво говорят ее национальные планы развития энергосистемы. Расставание с БРЭЛЛ и "закрепление энергетической независимости" обернулись для Эстонии необходимостью думать о собственной базовой генерации – вплоть до подготовки к возможному строительству АЭС. И не брать в этот проект Литву ни при каких обстоятельствах. Об этом недвусмысленно еще в январе 2025 года заявили и министр климата Йоко Алендер, и тогдашний председатель комиссии по окружающей среде Игорь Таро.
"В Литве когда-то была атомная электростанция Игналина. И мы когда-то пытались делать совместный проект, но договориться не смогли. Поэтому, к сожалению, в критические моменты на энергетическом рынке действует правило "своя рубашка ближе к телу", поэтому мы должны заботиться о том, чтобы нужное количество электроэнергии было произведено в Эстонии, плюс, чтобы какая-то часть оставалась для экспорта", – сказал тогда Таро.
Главный итог поездки – очередной бессмысленный разговор, в котором десятки раз повторенные тезисы просто сменили друг друга. Реально, а не декларативно, объединяет Литву и Эстонию сегодня немногое: общая санкционная повестка и общая привычка просить денег у Брюсселя.
Красивые заявления и цифры из итоговых коммюнике скрывают неприглядную картину: торговля во многом держится на реэкспорте, в энергетике каждый тянет одеяло на себя, а по ядерному вопросу взгляды расходятся принципиально.
Вильнюс и Таллин – скорее попутчики в деле нагнетания обстановки в Восточной Европе, чем союзники. Таллин исключает Вильнюс из своего атомного проекта, Вильнюс присваивает общие инициативы – неудивительно, что пассажиры не в восторге друг от друга и один из них уже жалеет, что согласился на совместную поездку.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
